-- Эпполе-эт,-прогремела она,-сегодня я видела дурной сон .      Слово "сон" было произнесено с французским прононсом. (с) Дело все в том, что вчера я немного перебрала. Этим объясняется тот факт, что именно в субботу, в одиннадцать утра я пишу пост в жж. По хорошему, мне бы рвать на себе волосы, ведь по пьяной лавочке я позвонила кое-кому, кому звонить не должна была, ибо зарекалась сто тыщ раз. В общем, все это алкогольное излишество вылилось в безобразие, в том числе в виде сна. Сначала я долго убегала от каких-то преследователей со всеми присущими кошмарам вытекающими: ноги еле волочились, спину обдавало холодным потом. Но меня поймали и приговорили к смерти, через повешенье. Тут же выяснилось, что я в Китае, поэтому казнь будет публичной. Я совсем не боялась, даже когда взгромоздилась на эшафот - стометровый лист  оргалита, вкопанный в землю. Его качало, а я балансировала на самом верху аки Тибул, хотя в жизни страшшшно боюсь высоты. Петля тоже оказалась странной, сделанной из капроновой бечевки, какими раньше перевязывали коробки (а, может, и сейчас перевязывают). Глядя на петлю я думала о том, что вряд ли умру от перелома позвоночника или удушья, мне перережет горло. Воображение рисовало мою отрезанную капроном голову, которая падает с высоты и раскалывается кокосовым орехом такое, блядь, Баунти или катится вся пыльная и лохматая с высунутым набекрень языком. Поглощенная этими мыслями, я не заметила, как толпа зевак потребовала от палачей сменить эшафот, якобы мне не очень удобно на нем стоять.

Чудеса… А были ли в вашей жизни чудеса? Я вот уже лет цать  живу и в глубине души жду его, ЧУДО. А все так обыденно, пресно, что аж противно. Сколько раз я покупала лотерейные билеты в робкой надежде, что вдруг ОНО случится, что жизнь -это не  серая череда посредственных событий и каждый раз билет был невыигрышным, как ни старайся! Так и влачишь свои тягомотные будни, зная, что дедушки Мороза не существует и все предсказуемо и не особо- то интересно. И так уныло ощущать себя мешком с костями, трассирующим  в этой небольшой галактике,  по соседству с такими же мешками. И тут я задумалась, намедни, а было ли  хоть что-то, ну хоть что-то в моей обывательской житухе, чему можно было бы присвоить это гордое звание ЧУДО. За что можно уцепиться в моменты отчаяния и поверить в то, что все не бессмысленно и есть что-то большее. И вы знаете, было. И сейчас я вам об этом расскажу.

Как-то шла я от Сенной площади (есть такое сосредоточие криминального беспредела в центре Питера) к своему милому другу. Было темно, но шла я по набережной Фонтанки, весьма многолюдной в девять вечера, поэтому ни о чем таком не думала и беззаботно болтала по мобильному с подружкой. Так как я по жизни балда (и вообще живу в дружественной вселенной), периодически обгоняющий меня маленький черноволосый гость с Кавказа меня нисколько не беспокоил. Удосужился он моего благосклонного внимания только тогда, когда я зашла в темный двор. И тут, друзья мои и случилось ОНО, долгожданное! Сзади он, мой сопровождающий, спереди - двухметровый амбал, а моя нокия , издав противный крякающий сигнал вырубается(вот прям именно в этот самый момент, сука!).  А дальше происходит то, что подтверждает теорию о том, что все относительно, в том числе и время. Прямо таки какая то раскадровка происходит, в замедленном темпе: шаги амбала ко мне спереди, малыша с Кавказа сзади, мои тупо вытаращенные глаза и даже не мысль, а предмыслие: «Ну все, пиздец».
И вдруг время резко ускоряется, и я слышу: «Девушка! У вас что, совсем мозгов нет?!». Я оборачиваюсь и вижу запыхавшегося парня в форме вневедомственной охраны. Амбал бежит назад, малыш с Кавказа вперед, а мы стоим и смотрим друг на друга. «Вас же с самой Сенной вели, я смотрел, смотрел, а потом побежал с другого берега, думал, не успею…» И как после этого не верить в чудеса, а?
Но это не конец еще. Захожу на следующий день в аптеку, а передо мной девочка с огромным бланшем. Говорит подружке: «Вчера зашла во двор, по плечу кто-то стучит, говорит, давай познакомимся. Я говорю, да иди ты на хрен и тут мне просто хрясь  по ебалу. Я упала, ногами меня отпинали, сумку забрали, вот пидоры, там то и денег никаких не было, надо чета от синяков купить»

А у вас, какие чудеса были у вас?

Йии-и-и-и-и-и-а-а-а-ааааааа!

Давеча ехало в метро. Пыталась определить, кто из пассажиров надел празднично-хеллоуиновый костюм, а кто по жизни вампир. Ни о ком не могла сказать со стопроцентной точностью. У одного, зомби (видимо, это был зомби) из кармана торчала упаковка ватных палочек. Чистоплотный нонче зомби пошел, скажу я вам! А в наши времена-то оо-о-о-о!!! (с) На эскалаторе зомби прихватывал за зад женщину в пышной юбке. О, времена! О, нравы!

Ехала я среди всей этой нечисти и, подкатив крупные красные глаза, вспоминала жизнь. А именно то, как меня замуж звали. Ну, что ж, неслабонервные мои, внимайте. За мной, читатель, и все такое.

( Жуткая жуть )





 

Давненько не брала я в руки женских романов. А ведь когда-то могла прочесть сразу два за день без тошнотиков. И сегодня в руки мне попались парочка шедевров - современный «Драгоценный дар» и исторический «Соперницы».

Здесь главная героиня, если уж не голубоглазый ангел, то непременно рыжая бестия или, на худой конец, знойная брюнетка гибкая и грациозная аки тигрицо. Мужчина ей достается обязательно таким: «рельефная мускулатура, тугой как барабан живот и волосы цвета воронова крыла». Все второстепенные герои в романах как один коварны и изрядно похотливы. Они нужны здесь для того, чтобы оттенить простодушную, без всякого намека на изощрения, страсть главных героев.

Цель у парочки одна - преодолев препоны, создаваемые разного рода завистниками, слиться в экстазе на ложе из роз/ковре из желтых листьев/кровати под балдахином. И хде бы не происходил искомый коитус, он всегда долгожданен и выстрадан, прежде всего, читателем. И тут, конечно, не обойдется без «невероятных размеров мужского достоинства», которое сначала пугает, а потом - будит неизведанные доселе желанья. И куда уж без «шелковистой кожи», на которой играют блики огня или скользят чьи-нибудь пальцы! Как правило, после нежного и трепетного/долгого и требовательного/страстного и неистового поцелуя восставшее естество проникает-таки в пульсирующее лоно, заканчивается все сладострастным взрывом. Вокруг лежат трупы завистников и раненые подлецы.

Сказка!

И представила я, как выглядело бы мое будничное утро, будь я героиней любовного романа. А вот как:

Марианна открыла глаза и томно потянулась. На фоне фиалковых простыней ее кожа отливала бронзой, а волосы казались еще черней. Она немного понежилась в постели, давая себе проснуться и царственно поднялась. Легкий пеньюар выгодно подчеркивал ее точеную фигуру, а кошачья грация в движениях придавала ей сходство с дикой пантерой. Она прошла в ванную и включила воду. Из отражения в зеркале на нее смотрела смуглая дикарка с огромными черными глазами, копной густых иссиня-черных волос и полными чувственными губами. Вместе с тем, было в ее чертах какая-то тонкость и изящество. Она приняла прохладный душ и спустилась к завтраку. В столовой Марианна отдала должное сыру, сочным листьям салата и выпила травяного чая. Часы показывали начало девятого. Марианна встала и проследовала в комнату, а через некоторое врем вышла одетая в элегантный костюм из шерсти цвета пепельной розы. Роскошная грива была собрана в тугой хвост, на скулы нанесено немного персиковых румян., а на губы - капля прозрачного блеска. Она вдела стройные ноги в лаковые туфли, подхватила сумочку, еще раз окинула себя взглядом и вышла. Ее ждали великие свершения.

Проза жизни же выглядит так:

Лемарина кое-как разлепила глаза, повращала ими как безумная рыба, резко соскочила с кровати и едва не рухнула, наступив на лежащую гору из книг, журналов и колготок. Больно ударившись ногой, она поковыляла в ванную. В зеркале показался мятый кусок чего-то несъедобного, традиционно называемого «лицом». На лице расположились два глаза и отпечаток подушки. Глаза заинтересовано глядели друг на друга из темноты синяков и припухлостей, что придавало их владелице некоторую схожесть с пандой. «Кусок» обрамляла спутанная мочалка, которой предстоял неравный бой с расческой. Приняв душ, Лемарина обнаружила, что забыла взять полотенце. Попытка вытереться трусами потерпела крах, пришлось бежать за полотенцем голой и мокрой через всю квартиру. К тому времени, когда в ворохе неглаженного белья нашлось чистое полотенце, Лемарина успела высохнуть и глубоко закопать чистую одежду. Еще полчаса было потрачено на раскопки. Минуты неумолимо утекали, Лемарина носилась как раненая ослица. Натянув не первой свежести штаны и что-то невнятное типа «блузка», она посеменила на кухню, где заварила кофе. Кофе получился крепким, каждый глоток давался с трудом, но Лемарину не страшили трудности. Недаром на ее холодильнике красовался магнит «Корейский народ не сломить!» (по прямому назначению холодильник использовался редко). Сигарета с ментолом вступила в реакцию с кофеином, и Лемарина подпрыгивала от каждого удара сердца. Ритм подпрыгиваний был рваным, но энергичным. Не оставалось никаких сомнений в том, что девушка пришла в тонус. Оставалось наложить на себя руки макияж, что, бесспорно, бросало вызов. Лемарине удалось сохранить оба глаза, правда, стрелки получились несколько «неточными». С туфлями пришлось повозиться, но тот факт, что хотя бы попасть в них получилось, Лемарина посчитала большой удачей. С этим позитивным настроем, она вышла и пошла куда глаза глядят.

И я ведь тоже живу в сказке, как ни парадоксально это звучит. Помню, в детстве у меня был сборник японских сказок. Это, скажу я вам, очень странный фольклор. С кровоточащими деревьями и стаями летающих голов. Моя сказка, видимо, оттуда.

Есть у меня одна знакомая, которая очень любит поэзию, художников, музыкантов и прочих голодранцев. Собрались у нее с еще одной мистической женщиной. Тем же составом, что и на спиритическо-кладбищенском сеансе, только урезанном. К слову сказать, третья участница состава к этому времени успела забеременеть и отрастить приличный живот.

Сначала выбирали стаканы с разными наполнителями, мне достался хлеб. Значит, год будет хлебным. Потом лили воск в воду. Беременная подруга "отлила" парафиновый член. Идеальный, даже со всякими анатомическими подробностями. Поэтическая - старалась рассмотреть то мольберт, то палитру, пока ее не остановила будущая мать словами "не нужны нам нищеброды, никаких беретов!".

Под конец решили погадать на книгах, а поскольку действие происходило у поэтофилки дома, взялись за Гумилева. Так нас это вдохновило, мы настроились расшифровывать символы и иносказания. Беременной достались строки про саван, покойников и пр. Она, правда, не расстроилась, но поэтессе пожелала что-нибудь про жирафов. И сработало, Ирка отхватила "бегемота в яванских тростниках". Мне же попалась какая-то непереводимая игра слов. Гумилев нас разочаровал - взялись за Ахматову. Беременная опять нагадала себе что-то про усопших. Нам с Иркой Анна выдала нечто очень уж витиеватое. Расшифровать не смогли. Цветаева - наша последняя надежда. Пузатая товарка наконец-то ткнула мимо темы смерти, и было ей сказано: "Рот тот, дом тот". Поэтическая опять открыла страницу нипанятно с каким текстом. А мне досталось "Сткло".

Версии, мезами, версии!